Выбрать язык / Choose language:
Ukranian
English
French
German
Japanese
Italian
Portuguese
Spanish
Danish
Chinese
Israel
Arabic
Czech
Estonian
Belarusian
Latvian
Greek
Finnish
Serbian
Bulgarian
Turkish
 
 
 
 
тел. +7(9O3) 2O4-23-49
E-mail: infо@lex.pw
 
Отправить письмо адвокату
Общаться с коллегами
 
 
(закон, практика, мнения)
 
Статья 8. Адвокатская тайна Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"

1. Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю.
2. Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.
3. Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения.
Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей. Указанные ограничения не распространяются на орудия преступления, а также на предметы, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен в соответствии с законодательством Российской Федерации.
 
Уникальное решение принял Конституционный суд РФ, оно напрямую касается 50-тысячного отряда адвокатов России
и неисчислимого количества граждан, которые обращаются к ним за помощью

Текст: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2005 г. N 439-О по жалобе граждан С. В. Бородина, В. Н. Буробина, А. В. Быковского и других на нарушение их конституционных прав статьями 7, 29, 182 и 183 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

А вот не менее многочисленных трудящихся правоохранительных органов принятое решение скорее всего расстроит. Главный суд страны сказал, что тайна отношений защитника и клиента - понятие незыблемое, которое нарушать без специального судебного решения никак нельзя. Даже если это очень хочется следователям и оперативным работникам.

А произволы бывают и много, так один из них выразился в следующем.

Под самый новый год, точнее 29 декабря 2004 года, в офисе юрфирмы "Юстина" и на рабочих местах адвокатов прошел обыск. Основанием для обыска стало постановление следователя, который решил, что именно в помещении адвокатов изготавливаются и, естественно, хранятся поддельные документы. Как выражаются юристы, обыск прошел "в рамках возбужденного прокуратурой Западного округа Москвы уголовного дела". Адвокатов все случившееся возмутило. Тем более что кроме обыска были изъяты и некоторые документы. Защитники, недовольные тем, что произошло, ссылались на статью 8-ю, пункт 3 Закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ", в которой сказано, что обыскивать их служебное помещение можно только на основании судебного решения.

Ссылаясь на эту норму закона, адвокаты пошли в Дорогомиловский районный суд. Но там нарушений не разглядели и сказали, что никаких уголовно-процессуальных норм следователь не нарушал. А о законе об адвокатуре не вспомнили. Это решение суда адвокаты обжаловали в судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда. Там с адвокатами согласились, решение суда отменили и отправили дело снова в Дорогомиловский суд, попросив рассмотреть его с учетом адвокатского закона и другими судьями. Новое рассмотрение защитникам не помогло. Дорогомиловский суд решил, что следственные действия, то есть обыск, проведены в рамках уголовного дела, которое было возбуждено не против адвокатов. И вот тогда, после второго отрицательного решения районного суда, 21 адвокат написали жалобу в Конституционный суд.

Что просили адвокаты? Они говорили, что статьи УПК, согласно которым можно производить обыск по постановлению следователя, не состыковываются с адвокатским законом, по которому обыскивать место работы защитника можно только по решению суда.

Чем руководствовались судьи, принимая столь важное решение, "Российская Газета" спросила у начальника Управления конституционных основ уголовной юстиции Конституционного суда РФ Петра Кондратова:

- К числу важнейших прав граждан, гарантируемых в правовом государстве, Конституция Российской Федерации (часть 1 статьи 49) относит право на получение квалифицированной юридической помощи. Такая помощь может понадобиться человеку в любой сфере: при производстве по уголовным и гражданским делам, при заключении различного рода договоров, оформлении наследства, обращении в государственные органы и учреждения.

Непременное условие, обеспечивающее получение качественной юридической помощи, - это наличие доверительных отношений между гражданином и адвокатом. Ведь адвокат может находить адекватные решения возникших у его клиента проблемных ситуаций и просчитывать возможные их последствия, только если последний сообщит ему всю информацию. Но чтобы сообщить, в принципе, постороннему человеку какие-либо сведения о себе, нужно быть уверенным, что они потом не станут всеобщим достоянием и не будут обращены ему во вред. Именно поэтому как международные документы (в частности, пункт 22 Основных принципов, касающихся роли юристов, принятых Восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями), так и Федеральный закон об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации (статья 8) в качестве важнейшего принципа адвокатской деятельности провозглашают обеспечение адвокатской тайны. Одним из элементов этого принципа является закрепленное в законе об адвокатуре правило, допускающее производство оперативно-розыскных и следственных действий в отношении адвоката лишь по судебному решению.

Устанавливая такое правило, законодатель защищает не только адвоката и его профессиональную деятельность, но, прежде всего, граждан, обратившихся или могущих обратиться к адвокату за помощью, от произвольного вмешательства правоохранительных органов в их личную жизнь.

Однако Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, регламентирующий производство следственных действий, подобного правила не предусматривает. Это давало основание органам предварительного расследования производить обыски, выемки и другие следственные действия в служебных помещениях адвокатов без судебных решений. При этом они ссылались на статью 7 УПК, по которой в случае противоречия какого-либо федерального закона этому Кодексу, применяться должен Кодекс.

Конституционный Суд счел такое положение неправильным. Основываясь на правовой позиции, изложенной еще в Постановлении от 29 июня 2004 года N 13-П, он указал, что приоритет Уголовно-процессуального кодекса перед другими законами не является безусловным. Он, в частности, не относится к случаям, когда эти другие законы приняты позже или являются специально предназначенными для регулирования соответствующих отношений.

Кроме того, Конституционный Суд подчеркнул, что в силу статьи 18 Конституции Российской Федерации в случае коллизии между различными законодательными актами применять необходимо тот закон, который предусматривает больший объем гарантий прав и свобод человека и гражданина. Таким образом, выбирая из двух законов - УПК Российской Федерации и Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре, - какой должен быть применен при производстве обыска в помещении адвокатского образования, следует руководствоваться последним, поскольку именно он в наибольшей мере обеспечивает защиту прав как самого адвоката, так и обращающихся к нему за помощью граждан.

Компетентно

Евгений Семеняко, президент Федеральной адвокатской палаты РФ

Состоявшееся решение Конституционного Суда России касается принципиального вопроса деятельности защитника - адвокатской тайны, то есть конфиденциальности отношений доверителя и адвоката в рамках выполнения им профессиональных обязанностей по оказанию юридической помощи.

Это основной и фундаментальный принцип и обязанность юриста (адвоката), который должен соблюдаться как адвокатами, так и всеми другими участниками правоприменительной деятельности. И не случайно этот принцип, реализацию которого должно обеспечивать государство, относится к общепризнанным положениям международного права, которые по нашей Конституции являются составной частью российской правовой системы.

Важно также отметить, что сохранение так называемой адвокатской тайны в действительности служит обеспечению права каждого гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ст. 23, часть 1 Конституции Российской Федерации) и является гарантией того, что информация, конфиденциально доверенная человеком в целях собственной защиты только адвокату, не будет вопреки воле человека использована в других целях.

Однако на практике это основополагающее положение закона нередко игнорируется, о чем свидетельствует поступающая к нам в Федеральную палату адвокатов информация из самых различных регионов России. Наши коллеги пишут о нарушении адвокатской тайны при проведении обысков, выемок, других следственных, а также оперативно-розыскных мероприятий без судебного контроля, как того требует статья 8 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

Состоявшимся решением Конституционный Суд России определил, что действия, связанные с проведением следственных и оперативно-розыскных мероприятий в отношении адвоката, в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности, не могут быть совершены без принятия об этом специального судебного решения. Тем самым суд совершенно определенно подтвердил важность обеспечения адвокатской тайны всеми участниками судопроизводства и правоохранительной деятельности.

Адвокатское сообщество удовлетворено принятием этого принципиально важного решения. Сделан важный шаг на пути укрепления и развития правового государства, соблюдения прав и свобод российских граждан. С не меньшим удовлетворением хотел бы отметить, что инициатором разрешения в Конституционном Суде России этого сложнейшего вопроса правоприменительной деятельности в интересах гражданского общества, то есть всех нас, граждан России, стали именно мои коллеги из адвокатской фирмы "Юстина".

Дословно

Виктор Буробин, президент Адвокатской фирма "Юстина", кандидат юридических наук

Международно-правовые акты закрепляют обязанность правительств признавать и соблюдать конфиденциальность общения между адвокатом и доверителем в рамках их отношений, связанных с выполнением адвокатом своих профессиональных обязанностей.

В демократических государствах реальной гарантией этого является судебный контроль при вмешательстве государства в адвокатскую тайну. Теперь такой контроль обязателен и в России.

В решении Конституционного Суда выработана абсолютно новая для России правовая позиция, согласно которой при коллизии различных правовых актов должен применяться тот из них, который предусматривает больший объем прав и свобод граждан и устанавливает более широкие их гарантии.

Теперь законодателю предстоит внести в уголовно-процессуальное регулирование соответствующие изменения в части обеспечения адвокатской тайны, выявленные Конституционным Судом при рассмотрении этого дела, а правоприменителям непосредственно руководствоваться этим решением.

 

 Ответ Адвокатской палаты г.Москвы

на запрос адвоката Б коллегии адвокатов г.Москвы «Адвокатъ»
о представлении сведений составляющих адвокатскую тайну по запросу ИМНС

Опубликовано в Вестнике Адвокатской палаты г.Москвы № 6 (8)’2004, а также на Интернет-проекте «Адвокатура в России»

Адвокат Б. обратился с запросом от 27.02.2004 № 38 в Адвокатскую палату г. Москвы, в котором попросил ответить на следующие вопросы.

В соответствии с ч. 15 ст. 22 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» № 63-ФЗ от 31 мая 2002 г. (далее — Закон) соглашения об оказании юридической помощи (далее — Соглашение) заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации коллегии адвокатов.

В соответствии с ч. 1 ст. 8 Закона и ч. 5 ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю, в том числе условия Соглашения.

В соответствии с ч. 13 ст. 22 Закона коллегия адвокатов является налоговым агентом адвокатов, являющихся ее членами, по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельности, а также их представителем по расчетам с доверителями и третьими лицами.

Ряд положений Налогового кодекса РФ дает право налоговым органам истребовать и осматривать документы, относящиеся к деятельности налогоплательщика — ч. 1 ст. 31, ст. 87, 4.1 ст. 92, ст. 94.

В связи с указанными положениями нормативных актов, прошу разъяснить:

1) в каком порядке производится регистрация в коллегии адвокатов соглашений об оказании юридической помощи:
1.1) правомерно ли заключать Соглашение в трех экземплярах, один из которых передавать в архив коллегии адвокатов?
1.2) есть ли обязанность хранить в архиве коллегии адвокатов копии заключенных Соглашений?
1.3) имеет ли право руководитель или бухгалтер коллегии адвокатов знакомиться с содержанием Соглашения?
1.4) в чем заключается процедура регистрации Соглашений?

2) есть ли обязанность у адвоката и/или коллегии адвокатов предоставлять налоговым органам Соглашения или иные первичные документы (счета, акты оказанных услуг) при проведении ими контрольных мероприятий в отношении адвоката и/или коллегии адвокатов и/или встречных проверок в отношении доверителей?

Коллегия адвокатов «АДВОКАТЬ»
адвокату Б. На Ваш запрос
от 27 февраля 2004 г. № 38
Уважаемый коллега!

Вопросы, поднятые Вами в Вашем запросе под №№ 1.1, 1.2, 1.3 и 1.4, законодательно не урегулированы.

Совет Адвокатской палаты считает нецелесообразным вводить какую-либо детальную регламентацию по указанным вопросам, поскольку в адвокатских образованиях могут быть свои особенности решения таких вопросов и ведения делопроизводства. Кроме того, это означало бы возложение дополнительных обязанностей на адвокатов, руководителей и работников адвокатских образований.

Что касается вопроса № 2, касающегося обязанности, или отсутствия таковой у адвоката представлять налоговым органам по их требованию договоры адвокатов с их клиентами и иные первичные документы (счета, акты), сообщаем Вам, что, по мнению Совета Адвокатской палаты г. Москвы у адвоката отсутствует обязанность представлять в налоговые органы договоры с клиентами или какие бы то ни было первичные документы (счета, акты оказанных услуг) при осуществлении налогового контроля за деятельностью как самого адвоката, так и его доверителя по следующим причинам:

1. В соответствии с частью 13 статьи 22 НК РФ коллегия адвокатов в соответствии с законодательством РФ является налоговым агентом адвокатов, являющихся ее членами, по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельности.

В соответствии со статьей 24 НК РФ (часть 1) налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с Налоговым Кодексом возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению в соответствующий бюджет (внебюджетный фонд) налогов.

В соответствии со статьей 41 НК РФ доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на прибыль (доход) организаций», «Налог на доходы от капитала» настоящего Кодекса, (в ред. Федерального закона от 05.08.2000 № 118-ФЗ (ред. 24.03.2001)).

В соответствии с частью 6 статьи 25 ФЗ «Об адвокатуре и адвокатской деятельности в РФ» доходом от адвокатской деятельности признается вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, которые подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены договором с клиентом.

Таким образом, признаком дохода от ведения адвокатской деятельности является получение вознаграждения через адвокатское образование.

Следовательно, первичным документом для определения доходов от адвокатской деятельности являются:
1) выписки по счетам самой Коллегии;
2) кассовые документы самой Коллегии (включая выдачу подотчетных сумм — адвокат по закону является лицом, несущим полную материальную ответственность).

Что касается договоров адвокатов с клиентами (переписки и иной документации, касающейся исполнения поручения), то они не могут служить основанием для начисления адвокату дохода, поскольку адвокат действует в интересах доверителя, если иное прямо не установлено налоговыми органами при проверках иных лиц.

2. В соответствии со статьей 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю.

В соответствии с частью 2 статьи 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» в случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и/или его доверителя предъявления договора оказания юридической помощи для вступления адвоката в дело.

Таким образом, первичными документами для Коллегии адвокатов как для налогового агента являются: документы по кассе и расчетному счету и ордера на ведение дел в судах.

С уважением,
Президент Адвокатской палаты г. Москвы Г.М. Резник